«От хорошей жизни стихов не пишут». Молодой поэт о современном искусстве

Аскар Эминов – офицер запаса и при этом один из активных участников творческих баталий, представлял Ставрополье на Всероссийском слэме. В интервью «АиФ-СК» Аскар рассказал, чем живёт современная поэтическая среда.

Аскар Эминов / Из личного архива

Сейчас стихотворцам не нужны ни перья, ни ручки. У них есть планшеты, с экранов которых они читают публике свои рифмованные мысли. Конкурсы молодых поэтов называют «поэтическими слэмами», проходят они в кафе, барах и  клубах.

Жену выбирала мама

Светлана Болотникова «АиФ-СК»: Давно вы начали писать стихи?

Аскар Эминов: Ещё в школьные годы писал, пел под гитару. Я слушал русский рок, когда вокруг всем нравилась попса. Моё творчество до недавнего времени было весьма примитивным, но искренним. Может быть, именно поэтому меня и заметили на слэмах. Я искал, где в Ставрополе можно почитать стихи, и познакомился с Маргаритой Губановой, Ольгой Кирсановой. Они дали мне литературу по технике стихосложения, дали почитать хороших поэтов, чтобы я почувствовал разницу между настоящими стихами и тем, как пишут колхозники, вроде меня. Я сам сельский, из станицы Новомарьевской.

Досье
Аскар Эминов. Родился в 1989 году в Шпаковском районе Ставрополья. В 2006 году окончил школу, поступил в Ставропольский военный институт связи ракетных войск. В 2010 году из­за расформирования вуза перевелся в Серпуховский институт ракетных войск. Инженер­связист, лейтенант запаса, поэт.

– Вы и сейчас там живёте? Есть хозяйство?

– Хозяйство моя семья не держит давно, с тех пор как я поступил в Ставропольский военный институт ракетных войск. Иногда родители завозят уток, мы их держим месяц-другой, а потом они идут на мясо.

– А чем вы зарабатываете на жизнь?

– Я работал и продавцом, и монтажником, и инженером. Сейчас уволился и снова ищу работу. Больше всего хочу писать.

– У вас есть семья?

– У меня есть жена, которую мне нашла моя мама. Она кавказская девушка, ни словом меня не попрекает. Когда я поехал посмотреть на неё в Дагестан, я увидел в ней человека, близкого мне по убеждениям. Это важно для нашей совместной жизни.

– Вы как-то читали стихотворение о девушке, которая живёт в горном селении. Это тоже было навеяно вашим посещением Дагестана?

– Да, в родном селе моей матери есть одна сумасшедшая девочка. Это душераздирающая история, когда ты видишь человека, которого вообще не ждут радости жизни. Она цепляется ко всем приезжим, потому что редко кого видит. В Дагестане большой отток населения из горных сёл, многие уезжают, а она с родителями остаётся. Всё, что ей доступно, – это тяжёлый труд. У Коста Хетагурова, которого я считаю потрясающим поэтом, есть стихотворение «На смерть горянки». Там такие строки: «Не рыдайте безумно над ней – //Она цели достигла своей, – // Тяжесть жизни, нужда и невзгоды// С колыбели знакомы уж ей...// Хорошо умереть в её годы…». С той девочкой была похожая ситуация. В Дагестане я остро ощущал безысходность. Лет пять назад у большей части дагестанской молодёжи было всего три дороги: наркомания, спорт или уход в лес боевиками.

Шоу или поэзия?

– Почему вы не пошли по военной стезе?

– В 2011 году в ракетных войсках было сокращение, и многие остались без направления на службу. Я ушёл сразу после института, в звании лейтенанта запаса. Решил, что найду своё место в гражданской жизни.

– Нашли?

– Нет. От хорошей жизни люди стихи не пишут. Страдания движут поэтами. У человека вроде бы всё хорошо, но есть внутренние терзания, которые выливаются в строки. Хотя я до сих пор не знаю, поэт я или нет. Я пишу стихи. И читаю. Представлял край на всероссийском слэме. Победителем там стал Александр Курбатов, в преклонном возрасте. Но свои стихи, он читал так, словно давал рок-концерт. Слэм – это не чистая поэзия, а поэтическое шоу.

– А вам что ближе, шоу или поэзия?

– Мне хочется написать что-то новое, уникальное. Вот Маяковский, к примеру, писал потрясающие вещи, на мой взгляд.

– Ваши слэмы как раз напоминают начало XX века, когда футуристы выступали в дореволюционных кафе и громили классическую литературу, сбрасывая её как балласт с парохода современности.

– В Ставрополе всё ещё более-менее культурно происходит. В других регионах поэты выступают в барах, и посетители могут их вообще не слушать, а пить с друзьями, кричать.

– Вас всегда слушают и понимают?

– Моя жена говорит, что у меня неясные стихи. Но людям нравится. Говорят, в них, как в музыке, есть что-то завораживающее. Человек может вообще не понимать, о чём текст, но его что-то задевает.

Патриотизм выбили

– О политике пишете?

– Очень много. Острое не прочту: сейчас можно сесть в тюрьму за что угодно. У меня нет неприязни к правящей элите. У меня неприязнь к системе. Мы самая богатая страна в мире, но живём небогато. Хотя и не скажу, что мы нищие.

– Странно слышать критику системы от человека, который получил высшее военное образование.

– Я пришёл в институт патриотом, даже немного романтиком. В военный институт чаще всего идут те, кто готов отдать жизнь за Родину. Но в армии я в итоге разочаровался.

– За сирийскими событиями следите?

– Нет. Но мой сосед уехал туда воевать на стороне российских военных.

– Не возникало желание и самому отправиться туда добровольцем, к примеру?

– Нет, мне ближе всё-таки пацифизм. Самое лучшее, что человек может сделать, – это помочь ближнему. Раньше люди часто ходили друг к другу в гости, дружили семьями.

Я вырос в селе, где есть молокане, армяне, русские, даргинцы, чеченцы. Иногда бывали ссоры, в пылу кто-то, бывало, скажет: «Езжайте в свой Дагестан!» Но в основном мы мирно общались со всеми.

Сейчас многие сидят перед телевизором, и больше им ничего не надо. А я считаю, помочь соседу гораздо важнее, чем заниматься политикой или тем более воевать. И я заметил, когда ездил на форум «Машук», что у нас много молодёжи с активной гражданской позицией, стремящейся сделать что-то полезное для окружающих. Это обнадёживает.


Стихотворение Аскара Эминова

В старых сёлах

В старых сёлах всё меньше работы,

В старых сёлах всё больше старых.

Молодые нос воротят,

Говорят, в сёлах жить «не варит».

Да и зимы в них так суровы,

Что оставить дома здраво,

На сезон на замки, на засовы

Запирать, заколачивать ставни.

А мы едем туда летом,

На дедов посмотреть могилы.

Солнце сядет за гор стены,

В холод сядет заряд «мобилы».

А в соседском живут доме,

Словно в старой  советской общаге,

Мать, отец с сумасшедшей дочкой.

Вечерами я с нею общался.

На лице её радость людям,

Дикой одури трепет без меры.

Ей отец у виска крутит,

А она языком мелет.

По лицу этой сельской дурнушки

Вьются сползшие вниз пряди.

Не случайность, так было нужно,

Обе щёчки её в ряби.

Она ждёт парусов алых,

Ждёт коней белых, храбрых принцев.

Она девушка – хочет мало,

Просто хочет взаимно
влюбиться.

Говорят, что родителей жалко,

Нужен муж ей, и нужен зять им.

Она молит Бога о счастье.

Но я знаю, что это вряд ли.

Оставить комментарий
Вход
Комментарии (0)

  1. Пока никто не оставил здесь свой комментарий. Станьте первым.


Все комментарии Оставить свой комментарий
Самое интересное в регионах

Актуальные вопросы

  1. Когда и где на Ставрополье построят ветровые установки?
  2. С чем связана низкая смертность в Ингушетии и Чечне?
  3. Затопит ли река Баксан шахту нейтринной обсерватории в Эльбрусском районе?

Как вы собираетесь провести майские праздники?