aif.ru counter
Марина Тимченко 0 383

Дорога назад. Как джихадистов возвращают к мирной жизни

Вернуться к нормальной жизни тем, кто однажды ступил на путь экстремизма, непросто. Но если такое желание есть, всё получится. О том, как антитеррористические комиссии «присматривают» за бывшими боевиками, читайте в материале STAV.AIF.RU.

Боевики в Сирии сдают оружие.
Боевики в Сирии сдают оружие. © / Кадр телеканала "Россия 24"

Поехали не туда

Времена, когда молодёжь массово выезжала за рубеж, чтобы присоединиться к боевикам, воюющим в Сирии, остались позади. За весь период на Ставрополье таких набралось чуть более ста. Пик пришёлся на 2012-2014 годы. В последнее время такие инциденты были единичными. А теперь и вовсе сошли на нет. В 2016 и 2017 годах уехали по одному человеку. В 2018 – ни одного.

Нельзя сказать, что желающих совсем не осталось. Но силовики научились пресекать такие попытки.

29 августа суд Предгорного района вынес приговор жителю села Мирного Исмаилу Алиеву за попытку присоединиться к запрещённой в России террористической организации ИГИЛ. Мужчина придерживался радикальных взглядов и два года назад принял решение вступить в ряды боевиков. Оформил загранпаспорт, купил авиабилет. Планировал вылететь в столицу Египта Каир, а уже оттуда перебраться в Сирию. Но доехать удалось только до аэропорта Нальчика. Там потенциального террориста задержали сотрудники ФСБ. Суд, изучив материалы дела, приговорил Алиева к пяти годам лишения свободы.

Аналогичные цели были, по  данным следствия, у жителя Кисловодска Ислама Загаштокова. Он планировал перебраться в зону военных действий через Турцию, которая до недавнего времени была главным перевалочным пунктом по дороге в Сирию. Но турецкие власти усилили контроль на границах и осуществить задуманное кисловодчанину не удалось. Он вернулся в Россию и оказался на скамье подсудимых. Ближайшие четыре года ему придётся провести в колонии строгого режима. Туда же могут отправиться и два его подельника. Следствие в отношении них ещё продолжается.

Но через 4-5 лет и Алиев, и Загаштоков выйдут на свободу. Так же, как сейчас возвращаются домой ранее осуждённые за преступления террористической направленности. Задача антитеррористической комиссии - не дать им опять встать на преступный путь.

Снова в лес, к «братьям»?

В принципе все, кто освобождается из мест заключения, нуждаются в помощи и поддержке. За годы пребывания «за колючкой» социальные связи зачастую разрываются необратимо. Бывшие заключённые чувствуют себя лишними, отверженными обществом. Адаптация к новым условиям жизни оказывается для многих процессом болезненным. И неспособность самостоятельно справиться с трудностями порой приводит к печальным последствиям – человек снова оказывается на скамье подсудимых.

У тех, кто отсидел срок за преступления террористической направленности, проблем возникает ещё больше, так как они существенно ограничены в своих правах. К примеру, на протяжении ещё нескольких лет после освобождения они числятся в списках Росфинмониторинга, что даёт банкам право отказывать им в открытии счетов. И этой возможностью банки активно пользуются, стремясь избежать каких бы то ни было осложнений в своей работе.

А куда в наши дни, когда и государственный, и частный сектор уже перешёл на безналичный расчёт, без карт и счетов? Даже если есть возможность получать какие-то социальные выплаты, это оказывается невозможным по техническим причинам - перечислять деньги некуда.

В практике ставропольской АТК такой случай был. Житель одного из районов края, отсидев большой срок за причастность к вооружённому бандподполью, вернулся домой, но по понятным причинам работу найти было непросто - на селе с ней вообще не очень хорошо, а тут ещё и статья тяжёлая, отбивающая у потенциальных работодателей желание иметь дело с таким соискателем.  Что делать? Надо оформлять пособие по безработице. В центре занятости готовы помочь, но нужен счёт. Банк тоже с бывшим террористом связываться не хочет. Замкнутый круг. Изоляция, отсутствие средств к существованию. Как жить? Куда податься? Снова в лес, к «братьям»?

К счастью, сотрудники антитеррористической комиссии смогли предотвратить такой сценарий. Но решать проблему пришлось в ручном режиме. В итоге договорились о том, что в качестве исключения бывший заключённый будет получать пособие в виде перевода по почте.

Жить как люди

«Речь не идёт о каких-то привилегиях, – говорит зампред губернатора края Юрий Скворцов, – это самые рядовые возможности, предусмотренные законодательством для любого гражданина. Но люди не всегда знают о своих правах. Особенно те, кто провёл несколько лет в отрыве от нормального социума. В антитеррористических комиссиях на местах им предлагают квалифицированную помощь, в том числе и на уровне консультаций».

Антитеррористические комиссии сегодня созданы и работают во всех 33 городских округах и муниципальных районах края. Но нагрузка неравномерная. Самая напряжённая ситуация - в Нефтекумском районе, за ним Степновский и Туркменский. Проблемными территориями считаются Предгорный район, Кисловодск и Ставрополь.

«Если у человека есть проблема, мы стараемся её решить, – говорит секретарь антитеррористической комиссии Степновского района Дмитрий Павлюк. – В поле нашего внимания не только те, кто отбыл наказание и вышел на свободу. Работаем с братьями, сёстрами, родителями радикалов, с их детьми».

Подопечных у Дмитрия Николаевича около полусотни. Из них только один - бывший террорист.

«Когда он освободился, к нам из УФСИН поступила информация об этом. Созвонились, договорились о встрече. Пришёл в сельсовет, побеседовали. Узнали, какие проблемы у него уже возникли, нужно ли чем-то помочь ребёнку, жене, – продолжает Павлюк. – Поначалу он скептически отнёсся к нашим словам. Но потом понял, что мы действительно хотим помочь, и пошел на диалог».

Судьба у мужчины сложная. Ветеран боевых действий – в первую чеченскую кампанию воевал на стороне федералов. Что произошло дальше, история умалчивает, но ко второй чеченской кампании он уже оказался в лагере боевиков, в так называемом ногайском батальоне. Поймали, судили, дали 12 лет. Жена за это время успела с ним развестись, сын тоже встретил вернувшегося из колонии отца холодно.

В этой ситуации, когда близкие отвернулись, поддержка АТК оказалась очень кстати. В центре занятости разработали индивидуальную программу по переобучению, обеспечили психологическое сопровождение, переговорили с местными предпринимателями. Под гарантии представителей районной власти работу найти удалось.

А со временем стремление вернуться к нормальной жизни и реальные шаги в этом направлении помогли восстановить и отношения с бывшей женой и сыном.

Так, к сожалению, случается не всегда. Иногда протянутую руку помощи бывшие террористы воспринимают в штыки. Заканчивается это, как правило, плохо.

«Был у нас в районе ещё один человек, отбывший наказание. Но на контакт идти не хотел, требовал оставить его в покое, – вздыхает Павлюк. – Сейчас снова в СИЗО, вскрылись новые данные о преступлениях, совершённых в прошлом».

Когда трясина не отпускает

В Нефтекумском районе тех, кто уже побывал в местах заключения за свои радикальные убеждения, гораздо больше – 14 человек.

Всеми силами стремятся втянуть их в общественную жизнь, привлечь к участию в массовых мероприятиях. Если и приходят, то только в качестве зрителей. И то далеко не все.

«Очень закрытые, трудно вывести их на откровенный разговор, – говорит начальник отдела по общественной безопасности, межнациональным отношениям и ГО Нефтекумского городского округа Игорь Казимагомедов. – В ком-то по-прежнему чувствуется озлобленность. Даже если напрямую ничего такого не говорят. В голосе, выражении глаз, мимике читается враждебность. Кто-то старается спрятаться в тени, чтобы избежать возможных неприятностей. Чего боятся? И расправы со стороны бывших соратников опасаются, и того, что выплывут какие-то ещё факты из их старой криминальной биографии, и снова начнутся претензии со стороны правоохранителей. Но мы не сдаёмся, работаем, и установить контакт удаётся».

По словам Игоря Сайдулаховича, главная проблема – трудоустройство. Её, как правило, бывшему террористу удаётся решить только при содействии представителей власти.

Помочь готовы и в других вопросах социального характера, в том числе и близким радикалов.

Маме Рахмана Багбекова, который месяц провёл в лагере боевиков в Сирии и по возвращении в Россию был арестован и осуждён на 15 лет колонии строгого режима, недавно помогли найти работу. В ауле Шарахалсун Туркменского района с ней тяжело. Семья, оставшаяся без старшего сына, бедствовала, а в ней растут ещё несколько детей. Важно, чтобы они не пошли по стопам старшего брата.

В Степновском районе помогли оформить землю папе бывшего боевика, который воевал в ИГИЛ, а теперь скрывается от наказания на территории Турции.

Помогают с работой и решением бытовых вопросов жёнам и вдовам боевиков. Новорождённым - оформить документы, если они родились в зоне боевых действий, детей постарше устроить в садик или школу, отправить в лагерь или санаторий.

У педагогов они, по просьбе сотрудников антитеррористических комиссий, - под особым вниманием. Секции, кружки, соревнования, выступления всё, чтобы снизить вероятность их радикализации в будущем.

Проще предотвратить, чем вылечить. В Нефтекумском районе недавно был ликвидирован боевик, которого, несмотря на все усилия, вытащить из радикальной трясины так и не удалось. Отсидел, освободился – и снова в лес. Финал предсказуем.


Оставить комментарий
Вход
Комментарии (0)

  1. Пока никто не оставил здесь свой комментарий. Станьте первым.


Все комментарии Оставить свой комментарий
Самое интересное в регионах

Актуальные вопросы

  1. Что известно о взрыве в Назрани 12 декабря?
  2. Почему участились поломки на канатной дороге в Домбае?
  3. Кого будут штрафовать за мат?

Какую ёлку вы нарядите к Новому году?