Марина Тимченко 0 7126

Чужая война. Кавказская молодежь пополняет ряды ИГИЛ

Статья из газеты: АиФ-СК №8 18/02/2015

В ряды боевиков вступают не только молодые люди из социально неблагополучных семей, но и дети чиновников, считают эксперты.

Официально
Верховный суд Российской Федерации 29 декабря 2014 года признал международные организации «Исламское государство» и «Джебхат ан­Нусра» террористическими и запретил их деятельность на территории Российской Федерации.
В Северо-Кавказском федеральном университете бурно обсуждают громкое ЧП: два студента-второкурсника института нефти и газа отправились в Сирию сражаться на стороне Исламского государства. В Ставропольском крае это первый подобный случай. Но для соседних северокавказских республик проблема не нова. Число рекрутов, уехавших на чужую войну, исчисляется сотнями.

Проморгали

В ставропольском институте нефти и газа почти сразу поспешили откреститься от своих вчерашних студентов. «Эти ребята уже не являются нашими студентами. 26 января они отчислены за невыполнение учебного плана и невыход на сессию».

Происшествие стало поводом для серии встреч и обсуждений ситуации с преподавателями и студентами. Всех призвали быть бдительными, усилить контроль за посещаемостью. Студентам показали «тематическое» кино. Правда, не про ИГИЛ, а про Северный Кавказ.

Но как получилось, что никто не замечал ничего подозрительного вплоть до исчезновения ребят? Оказалось, что они жили не изолировано, а в общежитии, бок о бок с однокашниками, под надзором кураторов. Ходили на занятия, были на хорошем счету, спортсмены, активисты. Где их поймали на удочку вербовщики? Дома, на летних каникулах (парни родом из соседней республики) или уже здесь, в Ставрополе?

Кстати
По данным социологического опроса, проведённого три месяца назад фондом «Общественное мнение», больше половины россиян ничего не знают об Исламском государстве. 54% участников исследования впервые услышали о нём во время опроса.

Впрочем, вполне возможно, что после информации о гибели в рядах ИГИЛ известного российского актёра Вадима Дорофеева, который принял ислам и отправился воевать, ситуация изменилась. Об этой трагедии со слов супруги Вадима СМИ активно рассказывали в конце января.
Ответа на эти вопросы получить не удалось. Руководство университета оказалось недоступно ни по телефону, ни по письменному запросу. На момент подписания номера в печать комментарий в редакцию так и не поступил.

Угроза Кавказу

Между тем многим жителям края аббревиатура ИГИЛ ни о чём не говорит. «Болезнь какая-то? Что-то вроде эболы?», – ответ неверный, но сравнение на удивление точное. Как и экзотическая лихорадка, «недуг» стремительно распространяется по Ближнему Востоку, уносит жизни тысячами, втягивает в мясорубку войны молодёжь всего мира.

ИГИЛ – Исламское государство Ирака и Леванта – последние полгода именует себя просто Исламским государством. Выросло на обломках радикальных группировок Сирии и Ирака. Летом прошлого года объявило о создании халифата. Цель – объединить государства в границах Османской империи (включая Кавказ и Закавказье), установить на подконтрольной территории единовластие и единоверие.

К Северному Кавказу у террористов интерес особый. В сентябре 2014 года глава халифата обратился к Владимиру Путину, пообещал «освободить Чечню и весь Кавказ». Жителей региона он призывает переезжать в Исламское государство, становиться муджахидами и уничтожать неверных.

«Не ищи его здесь…»

В Чечне и Дагестане тех, кто отправился на войну, уже сотни, в Осетии – десятки, на Ставрополье – пока единицы. Хорошо знакомы с проблемой Кабардино-Балкария и Карачаево-Черкесия.

«Мы впервые столкнулись с этим явлением пару лет назад, – рассказали в правоохранительных органах КЧР. – Чаще всего в Сирию едут молодые люди до 30 лет. Самому младшему выходцу из нашей республики, обнаруженному там, едва исполнилось семнадцать. Родители отправили его учиться в Египет, а недавно узнали, что он погиб в Сирии. Оказалось, проучился парень всего несколько месяцев, потом его завербовали, из Египта уехал в Турцию, пересёк границу и отправился воевать».

Фото: www.russianlook.com

Исламское государство ведёт не только активные военные действия, но и широкомасштабную вербовочную работу. Причём настолько эффективно, что для окружающих радикализация взглядов потенциальных джихадистов до поры до времени остаётся тайной, для родителей отбытие их чада на ближневосточный фронт – просто как гром среди ясного неба.

«Считается, что в группе риска социально неблагополучная молодёжь. В частности, сложная ситуация в Старопромысловском районе Чеченской Республики, где уровень жизни очень низкий, оттуда многие едут, – говорит Хеда Саратова, возглавляющая независимое информационно-аналитическое агентство «Объектив». – Но вот вчера ночью ко мне за помощью приехали две бабушки из Дагестана: уехала 18-летняя внучка, студентка второго курса медакадемии, ни в чём не знала отказа, отец – чиновник, семья обеспеченная… Так что социальное благополучие – не показатель».

По словам правозащитницы, динамика обращений удручающая. За последнюю неделю 15 звонков от родителей тех, кто внезапно подался в Исламское государство. И не только из субъектов округа. Беда давно уже перешагнула территориальные границы, да и национальные тоже.

«К нам год назад обратился отец пропавшего парня. Этнический русский из Казахстана, – вспоминает Олег Мельников, руководитель общественной организации «Альтернатива», занимающейся поиском людей. – Сын уехал учиться в московский вуз, в интернете познакомился с девушкой, принял ислам, сменил имя, разорвал связи с родственниками и исчез. Отец несколько раз приезжал в столицу, общался с его недавними друзьями, посещал мечеть, в которую сын ходил молиться. В итоге ему сказали: «Не ищи его здесь, он давно уже в Сирии».

Пламя войны в интернете

По мнению Мельникова, молодые люди, студенты легко поддаются идеологической обработке в силу своего максимализма. Опытным вербовщикам не сложно «промыть им мозги» и убедить в необходимости участвовать в войне «за светлое будущее».

Террористическое подполье ищет новобранцев и в нелегальных мечетях, где идеология Исламского государства находит поддержку, и в интернете. Социальные сети – очень удобный для этого инструмент.

Да, с экстремистскими группами борются, блокируют за призывы к насилию. Но их клоны появляются с поразительной быстротой. Здесь и отчёты муджахидов с линии фронта, и призывы к поддержке, и оправдание жестоких казней, и обещание щедрых воздаяний. По запросам «ИГИЛ», «Новости Исламского государства» и т.д. самая популярная у российской молодёжи сеть «ВКонтакте» выдаёт десятки ответов. Вступив в одно из таких сообществ («Новости халифата», к примеру), можно беспрепятственно посмотреть и запрещённые пропагандистские фильмы, снятые радикальной группировкой.

И даже если не искать в сети контактов с экстремистами, можно неожиданно получить предложение пройти тест «Какой ты муджахид?» Результат: «ты настоящий суннит-муджахид, способный стать шахидом. Добро пожаловать в ИГИЛ!».

Дальше всё просто. Билет до Турции, и через Хатай – в Сирию. Попасть на войну легко. Вернуться – очень сложно. Многие новобранцы через некоторое время прозревают, хотят уехать – большинство не готовы заживо сжигать, закапывать, отрезать головы, убивать стариков, женщин, детей.

«У них отбирают паспорта, средства связи, «предателей» казнят, – говорит Хеда Саратова. – Связаться с близкими не каждый может. Но иногда вернуть удаётся. Родители сами отправляются по следам своих сыновей. Каждая история – как спецоперация. Через нашу организацию вернулось пять человек, всего по республике – 27. Но готова ли Россия принять их назад? Они подвергаются уголовному преследованию по ст. 208 ч. 2 УК. Но лучше, в любом случае, попасть здесь в тюрьму, чем стать пушечным мясом в Сирии».

Главное оружие  занятость

«С точки зрения государственной власти всякую угрозу, высказанную в адрес России или российского народа, стоит воспринимать всерьёз, – считает полномочный представитель президента РФ в СКФО Сергей Меликов.  В вопросах, которые касаются безопасности граждан, избыточной бдительности быть не может. Однако я бы не стал сгущать краски.

Северный Кавказ уже больше двадцати лет  излюбленная мишень международных террористических групп. Сюда пыталась засылать своих эмиссаров Аль-Каида, здесь вели деятельность проповедники, подготовленные в самых радикальных религиозных центрах мира.

Правоохранительные структуры ведут серьёзную работу, чтобы Исламское государство не проникло  в регионы округа. Те, кто после длительного пребывания в ближневосточных странах возвращается в Россию, - под особым вниманием. И я могу сказать, что сегодня мы продуктивно противостоим попыткам дестабилизации обстановки.

Но мы отдаём себе отчёт, что силовые методы помогают справиться только со следствием, а не с причиной. Главная линия фронта - профилактическая работа в молодёжной среде. Я говорю, в первую очередь, о вовлечении в созидательную экономическую, общественную, спортивную деятельность. Поскольку именно занятость, профессиональный и личностный рост - лучшие средства против вирусов экстремизма.

Серьёзный потенциал у «Машука», у окружного Совета по молодёжной политике. Активисты, которые сумели проявить себя, поднимаются по карьерной лестнице.

Поддерживаем проектную работу молодых людей. И на том же «Машуке», и в регионах существуют грантовые конкурсы, они открывают возможности для самореализации. Стремимся привлекать к этому ребят не только из городов, но и из самых маленьких аулов и станиц.

К решению перечисленных задач подключаем всех – государственные органы, общественность, представителей православного и мусульманского духовенства, средства массовой информации. Тем более что в этом году у нас есть для этого мощная объединяющая основа – 70-летие Великой Победы. Уверен, этот юбилейный год станет очень насыщенным именно в аспекте реализации молодёжной политики, а также во всём, что касается укрепления патриотизма и общественного единства. И это тоже станет частью эффективного идеологического противодействия любым радикальным течениям».

Комментарий
Александр Писаренко, руководитель комитета Ставропольского края по делам национальностей и казачества:

«Официальной информации у комитета нет. Но я уверен, компетентные органы разберутся. Во всяком случае – это не тенденция и не характерно для края.

С декабря 2014 года во всех мусульманских общинах нами организована работа, особенно с молодёжью, выясняем, как молодёжь реагирует на религиозное воспитание, на что настроена.

В целом ситуация спокойная. Но встречаются отдельные факты, которые настораживают. Идёт борьба за умы нашей молодёжи. Сталкиваемся, в том числе, и с радикальным неофизмом. Речь идёт о смене веры с уходом в радикализм. Конечно, каждый волен сам выбирать вероисповедание. Но бывает, что человека обманом, используя его слабости, проблемы, состояние тревоги, склоняют к тому, чтобы поменять веру, образ жизни.

Ещё раз повторю: это не характерно для нашего края, но это опасные, болевые точки, о которых надо говорить. Построение системы работы по противодействию радикальному исламу сейчас наращивает темпы.

С конца прошлого года мы начали расширять возможности комитета по взаимодействию с молодёжью. В первую очередь, в соцсетях. Сейчас выходим на новый уровень работы, создаём площадки для молодых, предоставляем им доступ к объективной информации, возможность анализировать, сопоставлять факты, делиться выводами в сетях со сверстниками.

Реформируем общественные советы, формируем группы по мониторингу, по работе с молодёжью – будут нам подсказывать, на что следует обратить внимание».

Оставить комментарий
Вход
Комментарии (0)

  1. Пока никто не оставил здесь свой комментарий. Станьте первым.


Все комментарии Оставить свой комментарий
Самое интересное в регионах

Актуальные вопросы

  1. Где купить в Пятигорске ель или сосну?
  2. Какой хлеб по качеству производят на Северном Кавказе?
  3. Сколько дней будем отдыхать на новогодние праздники в 2018 году?