09:49 24/02/2015 Марина Тимченко 0 6843

Чужая война. Кавказская молодежь пополняет ряды ИГИЛ

Статья из газеты: АиФ-СК №8 18/02/2015

В ряды боевиков вступают не только молодые люди из социально неблагополучных семей, но и дети чиновников, считают эксперты.

Официально
Верховный суд Российской Федерации 29 декабря 2014 года признал международные организации «Исламское государство» и «Джебхат ан­Нусра» террористическими и запретил их деятельность на территории Российской Федерации.
В Северо-Кавказском федеральном университете бурно обсуждают громкое ЧП: два студента-второкурсника института нефти и газа отправились в Сирию сражаться на стороне Исламского государства. В Ставропольском крае это первый подобный случай. Но для соседних северокавказских республик проблема не нова. Число рекрутов, уехавших на чужую войну, исчисляется сотнями.

Проморгали

В ставропольском институте нефти и газа почти сразу поспешили откреститься от своих вчерашних студентов. «Эти ребята уже не являются нашими студентами. 26 января они отчислены за невыполнение учебного плана и невыход на сессию».

Происшествие стало поводом для серии встреч и обсуждений ситуации с преподавателями и студентами. Всех призвали быть бдительными, усилить контроль за посещаемостью. Студентам показали «тематическое» кино. Правда, не про ИГИЛ, а про Северный Кавказ.

Но как получилось, что никто не замечал ничего подозрительного вплоть до исчезновения ребят? Оказалось, что они жили не изолировано, а в общежитии, бок о бок с однокашниками, под надзором кураторов. Ходили на занятия, были на хорошем счету, спортсмены, активисты. Где их поймали на удочку вербовщики? Дома, на летних каникулах (парни родом из соседней республики) или уже здесь, в Ставрополе?

Кстати
По данным социологического опроса, проведённого три месяца назад фондом «Общественное мнение», больше половины россиян ничего не знают об Исламском государстве. 54% участников исследования впервые услышали о нём во время опроса.

Впрочем, вполне возможно, что после информации о гибели в рядах ИГИЛ известного российского актёра Вадима Дорофеева, который принял ислам и отправился воевать, ситуация изменилась. Об этой трагедии со слов супруги Вадима СМИ активно рассказывали в конце января.
Ответа на эти вопросы получить не удалось. Руководство университета оказалось недоступно ни по телефону, ни по письменному запросу. На момент подписания номера в печать комментарий в редакцию так и не поступил.

Угроза Кавказу

Между тем многим жителям края аббревиатура ИГИЛ ни о чём не говорит. «Болезнь какая-то? Что-то вроде эболы?», – ответ неверный, но сравнение на удивление точное. Как и экзотическая лихорадка, «недуг» стремительно распространяется по Ближнему Востоку, уносит жизни тысячами, втягивает в мясорубку войны молодёжь всего мира.

ИГИЛ – Исламское государство Ирака и Леванта – последние полгода именует себя просто Исламским государством. Выросло на обломках радикальных группировок Сирии и Ирака. Летом прошлого года объявило о создании халифата. Цель – объединить государства в границах Османской империи (включая Кавказ и Закавказье), установить на подконтрольной территории единовластие и единоверие.

К Северному Кавказу у террористов интерес особый. В сентябре 2014 года глава халифата обратился к Владимиру Путину, пообещал «освободить Чечню и весь Кавказ». Жителей региона он призывает переезжать в Исламское государство, становиться муджахидами и уничтожать неверных.

«Не ищи его здесь…»

В Чечне и Дагестане тех, кто отправился на войну, уже сотни, в Осетии – десятки, на Ставрополье – пока единицы. Хорошо знакомы с проблемой Кабардино-Балкария и Карачаево-Черкесия.

«Мы впервые столкнулись с этим явлением пару лет назад, – рассказали в правоохранительных органах КЧР. – Чаще всего в Сирию едут молодые люди до 30 лет. Самому младшему выходцу из нашей республики, обнаруженному там, едва исполнилось семнадцать. Родители отправили его учиться в Египет, а недавно узнали, что он погиб в Сирии. Оказалось, проучился парень всего несколько месяцев, потом его завербовали, из Египта уехал в Турцию, пересёк границу и отправился воевать».

Фото: www.russianlook.com

Исламское государство ведёт не только активные военные действия, но и широкомасштабную вербовочную работу. Причём настолько эффективно, что для окружающих радикализация взглядов потенциальных джихадистов до поры до времени остаётся тайной, для родителей отбытие их чада на ближневосточный фронт – просто как гром среди ясного неба.

«Считается, что в группе риска социально неблагополучная молодёжь. В частности, сложная ситуация в Старопромысловском районе Чеченской Республики, где уровень жизни очень низкий, оттуда многие едут, – говорит Хеда Саратова, возглавляющая независимое информационно-аналитическое агентство «Объектив». – Но вот вчера ночью ко мне за помощью приехали две бабушки из Дагестана: уехала 18-летняя внучка, студентка второго курса медакадемии, ни в чём не знала отказа, отец – чиновник, семья обеспеченная… Так что социальное благополучие – не показатель».

По словам правозащитницы, динамика обращений удручающая. За последнюю неделю 15 звонков от родителей тех, кто внезапно подался в Исламское государство. И не только из субъектов округа. Беда давно уже перешагнула территориальные границы, да и национальные тоже.

«К нам год назад обратился отец пропавшего парня. Этнический русский из Казахстана, – вспоминает Олег Мельников, руководитель общественной организации «Альтернатива», занимающейся поиском людей. – Сын уехал учиться в московский вуз, в интернете познакомился с девушкой, принял ислам, сменил имя, разорвал связи с родственниками и исчез. Отец несколько раз приезжал в столицу, общался с его недавними друзьями, посещал мечеть, в которую сын ходил молиться. В итоге ему сказали: «Не ищи его здесь, он давно уже в Сирии».

Пламя войны в интернете

По мнению Мельникова, молодые люди, студенты легко поддаются идеологической обработке в силу своего максимализма. Опытным вербовщикам не сложно «промыть им мозги» и убедить в необходимости участвовать в войне «за светлое будущее».

Террористическое подполье ищет новобранцев и в нелегальных мечетях, где идеология Исламского государства находит поддержку, и в интернете. Социальные сети – очень удобный для этого инструмент.

Да, с экстремистскими группами борются, блокируют за призывы к насилию. Но их клоны появляются с поразительной быстротой. Здесь и отчёты муджахидов с линии фронта, и призывы к поддержке, и оправдание жестоких казней, и обещание щедрых воздаяний. По запросам «ИГИЛ», «Новости Исламского государства» и т.д. самая популярная у российской молодёжи сеть «ВКонтакте» выдаёт десятки ответов. Вступив в одно из таких сообществ («Новости халифата», к примеру), можно беспрепятственно посмотреть и запрещённые пропагандистские фильмы, снятые радикальной группировкой.

И даже если не искать в сети контактов с экстремистами, можно неожиданно получить предложение пройти тест «Какой ты муджахид?» Результат: «ты настоящий суннит-муджахид, способный стать шахидом. Добро пожаловать в ИГИЛ!».

Дальше всё просто. Билет до Турции, и через Хатай – в Сирию. Попасть на войну легко. Вернуться – очень сложно. Многие новобранцы через некоторое время прозревают, хотят уехать – большинство не готовы заживо сжигать, закапывать, отрезать головы, убивать стариков, женщин, детей.

«У них отбирают паспорта, средства связи, «предателей» казнят, – говорит Хеда Саратова. – Связаться с близкими не каждый может. Но иногда вернуть удаётся. Родители сами отправляются по следам своих сыновей. Каждая история – как спецоперация. Через нашу организацию вернулось пять человек, всего по республике – 27. Но готова ли Россия принять их назад? Они подвергаются уголовному преследованию по ст. 208 ч. 2 УК. Но лучше, в любом случае, попасть здесь в тюрьму, чем стать пушечным мясом в Сирии».

Главное оружие  занятость

«С точки зрения государственной власти всякую угрозу, высказанную в адрес России или российского народа, стоит воспринимать всерьёз, – считает полномочный представитель президента РФ в СКФО Сергей Меликов.  В вопросах, которые касаются безопасности граждан, избыточной бдительности быть не может. Однако я бы не стал сгущать краски.

Северный Кавказ уже больше двадцати лет  излюбленная мишень международных террористических групп. Сюда пыталась засылать своих эмиссаров Аль-Каида, здесь вели деятельность проповедники, подготовленные в самых радикальных религиозных центрах мира.

Правоохранительные структуры ведут серьёзную работу, чтобы Исламское государство не проникло  в регионы округа. Те, кто после длительного пребывания в ближневосточных странах возвращается в Россию, - под особым вниманием. И я могу сказать, что сегодня мы продуктивно противостоим попыткам дестабилизации обстановки.

Но мы отдаём себе отчёт, что силовые методы помогают справиться только со следствием, а не с причиной. Главная линия фронта - профилактическая работа в молодёжной среде. Я говорю, в первую очередь, о вовлечении в созидательную экономическую, общественную, спортивную деятельность. Поскольку именно занятость, профессиональный и личностный рост - лучшие средства против вирусов экстремизма.

Серьёзный потенциал у «Машука», у окружного Совета по молодёжной политике. Активисты, которые сумели проявить себя, поднимаются по карьерной лестнице.

Поддерживаем проектную работу молодых людей. И на том же «Машуке», и в регионах существуют грантовые конкурсы, они открывают возможности для самореализации. Стремимся привлекать к этому ребят не только из городов, но и из самых маленьких аулов и станиц.

К решению перечисленных задач подключаем всех – государственные органы, общественность, представителей православного и мусульманского духовенства, средства массовой информации. Тем более что в этом году у нас есть для этого мощная объединяющая основа – 70-летие Великой Победы. Уверен, этот юбилейный год станет очень насыщенным именно в аспекте реализации молодёжной политики, а также во всём, что касается укрепления патриотизма и общественного единства. И это тоже станет частью эффективного идеологического противодействия любым радикальным течениям».

Комментарий
Александр Писаренко, руководитель комитета Ставропольского края по делам национальностей и казачества:

«Официальной информации у комитета нет. Но я уверен, компетентные органы разберутся. Во всяком случае – это не тенденция и не характерно для края.

С декабря 2014 года во всех мусульманских общинах нами организована работа, особенно с молодёжью, выясняем, как молодёжь реагирует на религиозное воспитание, на что настроена.

В целом ситуация спокойная. Но встречаются отдельные факты, которые настораживают. Идёт борьба за умы нашей молодёжи. Сталкиваемся, в том числе, и с радикальным неофизмом. Речь идёт о смене веры с уходом в радикализм. Конечно, каждый волен сам выбирать вероисповедание. Но бывает, что человека обманом, используя его слабости, проблемы, состояние тревоги, склоняют к тому, чтобы поменять веру, образ жизни.

Ещё раз повторю: это не характерно для нашего края, но это опасные, болевые точки, о которых надо говорить. Построение системы работы по противодействию радикальному исламу сейчас наращивает темпы.

С конца прошлого года мы начали расширять возможности комитета по взаимодействию с молодёжью. В первую очередь, в соцсетях. Сейчас выходим на новый уровень работы, создаём площадки для молодых, предоставляем им доступ к объективной информации, возможность анализировать, сопоставлять факты, делиться выводами в сетях со сверстниками.

Реформируем общественные советы, формируем группы по мониторингу, по работе с молодёжью – будут нам подсказывать, на что следует обратить внимание».

Оставить комментарий
Вход
Комментарии (0)

  1. Пока никто не оставил здесь свой комментарий. Станьте первым.


Все комментарии Оставить свой комментарий
Рамблер.Новости

Актуальные вопросы

  1. Что известно о новом полпреде президента в СКФО?
  2. Какие специалисты сейчас востребованы в СКФО?
  3. В Кисловодске собираются строить новую канатную дорогу?