Марина Тимченко 0 63

Лувр - не на диване. Директор музея о культуре в Сети и реальном наследии

18 мая отмечается Международный День музеев. Гендиректор Национального музея РСО-Алания Лариса Сохиева рассказала «АиФ-СК» о том, как меняется культурное пространство, кто сегодня ходит на выставки и на какие подвиги способны музейщики.

Лариса Сохиева. / Из личного архива

Место открытий

Марина Тимченко, «АиФ-СК»: Общественность к судьбе вашего учреждения неравнодушна. Некоторое время назад североосетинский сегмент интернета всколыхнула акция в поддержку музея.

Лариса Сохиева:

Инициатором стал друг музея Олег Марзоев. Он запустил в соцсетях акцию под #поддержиммузей, и она получила активный отклик со стороны неравнодушных людей.

Обошли все музеи. Формат был очень свободный: после экскурсий – чаепитие, обсуждение. В итоге у участников акции сформировалось понимание музейного пространства Северной Осетии. Появились идеи, как решать проблемы. Исторически так сложилось, что музеи, даже в советское время (достаточно благоприятное для учреждений культуры), были дотационными организациями. В 90-е годы мы окунулись в затяжной кризис и по сей день находимся в достаточно жёстком режиме финансового обеспечения. Акция была направлена и на привлечение в музеи жителей республики, и на материальную поддержку учреждений. Некоторые её участники покупали по два билета в качестве благотворительного взноса.  

– Парадоксально, что помощь музею пришла из интернета, который в каком-то смысле можно назвать убийцей традиционных форм досуга. Ведь сегодня можно вообще никуда не ходить. Нажал на кнопку - и путешествуй хоть по Лувру, сидя на диване.

– Новое всегда отвлекает от традиционного. Возможно, интернет ещё какое-то время будет перетягивать одеяло на себя. Но когда человек попадает в музей и получает возможность непосредственного «общения» с реальным предметом, имеющим историческую или художественную ценность, он начинает ощущать разницу. Тот, кто однажды посетил оперу, понимает, что по ощущениям это несопоставимо с записью. Рано или поздно люди вернутся назад, в реальность.

– Но для того, чтобы эту разницу ощутить, человеку надо как-то всё-таки попасть в музей. Насколько сложно «заманить» сюда молодёжь?

– Это большая проблема. Особенно сейчас, когда формат работы музея ограничен реконструкцией. Тем не менее у нас действует программа «Культура – детям Осетии».

Надеемся, что после завершения работ обновлённый музей заинтересует и молодёжную аудиторию. Во-первых, в нашем небольшом городе не так много мест для культурного досуга. А во-вторых, проект предусматривает много дополнительных условий для привлечения посетителей. Активно будут использоваться новые технологии, без которых уже невозможно представить современный музей.

– Как современные дети воспринимают музей?

– За их реакциями очень интересно наблюдать. Некоторые моменты заставляют задуматься о том, как стремительно летит время, как прогресс меняет восприятие предметов. В экспозиции, посвященной Великой Отечественной войне, есть радио – бумажная мембрана, натянутая на металлический каркас. Как-то была свидетельницей, как группа ребят – ученики 3-4 класса – знакомилась с этой выставкой. Один из юных гостей, разглядывая радио, спросил: «Это спутниковая тарелка?». Музей - место открытий. И хорошо, когда процесс познания начинается рано. 

– В каком возрасте, на ваш взгляд, ребёнка можно начинать водить в музеи?

– У нас был интересный эксперимент с малышами из детского сада. Они пришли с подушечками и когда уставали, садились на пол. Да, им сложно долго удерживать внимание. 10-15 минут – и всё. Но они всё прекрасно понимали, и вся эта атмосфера, не характерная для их обычной жизни, вызывала у них большое любопытство, вопросы сыпались как из рога изобилия. 

Подарок судьбы

– Нынешнюю молодёжь принято ругать за равнодушие, безынициативность. Но встречаются и такие, как Артемий Мириков, ставший инициатором установки мемориальной доски на музее И. Плиева.

– Для меня это было очень удивительно. Я считаю, что Артемий - яркое явление, подарок в моей жизни. Когда он в первый раз пришёл ко мне со своей идеей, я не могла поверить, что это созрело в его детской голове.

Выполняя исследовательскую работу, он обратился в музей Плиева. А потом через некоторое время наткнулся на газетную статью, где я говорила о том, что музей пришлось закрыть из-за проблем с отопительной системой. Однажды позвонила мама Артемия и сообщила, что сын начал сбор средств, чтобы сделать ремонт. Но после публикации власти проявили расторопность, подключили ресурсы и аварию устранили. Поэтому я предложила направить собранные деньги на решение других проблем – их всегда хватает. Артемий вспомнил, что на здании музея нет мемориальной доски, и посчитал нужным её установить. 

– Много ли таких детей, которые ориентированы на познание?

– Слово ориентированы – ключевое. А ориентиры всегда даёт семья. У Артемия замечательные родители, делают всё, чтобы ребёнок рос просвещенным, патриотичным.

По моим наблюдениям, таких детей сегодня немало. Но может, конечно, нам просто везёт, и к нам приходят лучшие представители молодёжи – идейные, чистосердечные. Именно на них нам предстоит опираться в будущем. На интуитивном уровне чувствую: в обществе произошёл перелом. 

– Что вы имеете в виду?

– В последние два года вижу активность, рост патриотизма. Появились знаковые события, которые дали людям понять, что страна становится сильной, возвращается в исходные позиции. Одно из таких событий – возрождение армии.

Да, все живут сейчас сложно. У большинства - очень небольшие зарплаты. Но то, что страна крепчает, вселяет оптимизм, без которого невозможно жить. 

Культура под обстрелом

– В этом году у Национального музея юбилей. Исполняется 120 лет со дня открытия первой экспозиции. У вас есть любимые экспонаты?

– В нашей коллекции их около 400 тысяч. И за каждым - целая история. Много уникальных фотографий и документов. В этом году - 100 лет Октябрьской революции. Для людей моего поколения это значимое событие. Но оно было связано и с очень страшными моментами, перемалыванием страны. У нас есть небольшое количество фотографий осетин, которые служили в царской армии. В 1937-м году о таких родственниках было страшно упоминать, люди уничтожали даже память о них в виде фотографий. Некоторые снимки нам удалось сохранить. Это очень яркие личности, которые, однажды дав присягу, верой и правдой служили царю.

У нас хранится уникальный документ - благодарность Николая II. В 1914 году он посетил Владикавказ. Шла Первая мировая война, армия была в плачевном состоянии. Государь обратился к владикавказцам за помощью. В дар ему передали 10 тысяч золотом, хлеб для армии. За что и получили благодарность. У нас прекрасная коллекция кобанской бронзы. Уникальнейшая. Это целая цивилизация. В нашем музее хранятся великолепные работы Махарбека Туганова.

– Но самая большая его коллекция - в Юго-Осетинском музее, экспозиция которого сохранилась во многом благодаря вашим сотрудникам.

– Наступательная операция грузинской армии могла привести к потере культурных ценностей, которые находились в Цхинвале. Наши сотрудники, зная, что там хранятся предметы, в которых воплощена вся история нашего народа, сделали всё, чтобы выехать туда, забрать эти экспонаты из музея и перевезти их сюда. У нас в фондах есть фотографии  ПАЗика, на котором они вывезли работы Туганова и коллекцию кобанской бронзы - более 3,5 тыс. предметов, относящихся к мировому культурному наследию. На снимках видно, что автобус весь прошит пулями. Отправляясь в путь, никто не знал, вернётся ли назад. Но ни у кого даже вопроса не возникло – ехать или нет. Два года назад эти коллекции вернулись в Южную Осетию. 

В республику – через музей

– Вы по образованию историк?

– Нет. Очень хотела поступить на истфак, занималась с репетитором. Но конкурс - 12-14 человек на место. Не прошла. Поступила на иняз на вечернее отделение. А вечерники должны были работать, устроилась музейным смотрителем. Вот так судьба реализовала моё стремление заниматься историей.

Фанатом музейного дела стала далеко не сразу. Поначалу смотрела на своих старших коллег и не могла их понять, работа казалась скучной, люди - странными. Но со временем через них мне открывалось всё больше. Они заражали своей увлечённостью. И в какой-то момент я вдруг поняла, что сама стала таким же странным человеком.

Окончила факультет романо-германских языков, потом - курсы переводчиков-экскурсоводов. Работала в суннитской мечети, наиболее посещаемой иностранцами. В целом за год туда приходило 400-500 тысяч туристов. 

– Сейчас о таких цифрах можно только мечтать.

– В 90-е годы из-за чеченских войн туристическая активность упала, инфраструктура стала приходить в упадок. Считаю, что после реконструкции музей обязательно должен быть включён в экскурсионные маршруты. Это огромный экономический потенциал.  

Оставить комментарий
Вход
Комментарии (0)

  1. Пока никто не оставил здесь свой комментарий. Станьте первым.


Все комментарии Оставить свой комментарий
Самое интересное в регионах

Актуальные вопросы

  1. Какая доплата к пенсии за рожденных в СССР детей?
  2. Зачем Минстрой Ставрополья хотят разделить на два ведомства?
  3. Можно ли получить в МФЦ пособие, чтобы собрать ребёнка в школу?